26.12.2013

Юрий Шевчук: "Звезда - это когда лучи мешают входить в метро"

"Наши песни – любовь и голод, под наши песни вставала весна", – пел Юрий Шевчук в одной из своих баллад. Слова стали девизом, музыка – образом жизни для тысяч людей. В этом году группа отмечает свое двадцатипятилетие.

 

Четверть века – срок символический, время «метелей августа», песен, одиночества и прекрасной любви. Для многих людей эти годы стали эпохой «ДДТ». В 1998 году на Севастополь шквалом эмоций от рок-музыки обрушился концертный тур Юрия Шевчука и группы «ДДТ» с программой «Мир № 0». Севастопольские поклонники потом еще долго будут вспоминать тот сумасшедший драйв, те ощущения, ту удивительную эйфорию, когда «девка-душа» сама поет вместе с бессмертным лидером группы.

...и город ждал. Надеялся и верил, что ОНИ снова приедут. Удивят, порадуют, восхитят. И вот 25 апреля, год 2007-й, УКИЦ, Севастополь – концерт. Время повернулось вспять, повторились эмоции, повторилось «выдавливание рабов» из музыкантов и зрителей. Встречайте, в «Гостиной РТ» – артист, художник, поэт, музыкант, композитор и продюсер группы «ДДТ» Юрий Шевчук.

– Впечатления от этого концерта в Севастополе?

– Конечно, хорошие. Те, кто не пришел, пожалеют, и пожалели уже! Мы работаем от души всегда, для нас нет какого-то главного города, но есть люди, для которых мы поем, выкладываемся. И, возможно, прозвучит с пафосом: каждый концерт – как в последний раз. Вот на сколько горла хватает. Выдавливаем из себя рабов и из зала тоже, конечно же.

Действительно, каждое выступление группы – огромная эмоциональная, энергетическая и физическая работа. Музыканты отдают себя через песни, импровизации, через живое поведение на сцене. Сам Юрий Шевчук всегда работает на износ, словно выплескивая наружу все свое поэтическое нутро. Случилось так и на апрельском концерте – под конец выступления певец сорвал голос, но зрителей не оставил. В благодарность – овации стоя, аплодисменты, цветы (прим. авт).

– Ваш тур по Украине – 10 городов. Каждый из концертов – неповторимый. Что было специфического для Севастополя?

– Мы никогда не играем на концертах одно и то же. В Севастополе мы сыграли кое-что из старенького, военного, героического, бунтарского, немного агрессивного, но с юмором. Вообще основой этой программы послужил новый альбом «Прекрасная любовь», который мы, так сказать, и пиарим в этом туре. Это песни душевные такие, разных времен, народов. И я почувствовал, что стоит двинуть русский рок в сторону русского... шансона что ли. Потому, что музыка здесь такая незатейливая, но слова... слова... слова для более широкой аудитории. Не ради того, чтобы увеличить свою популярность, а ради того, чтобы достучаться до людей, которые сейчас живут, выживают и переживают то же, что и мы. Вот такой альбом. Вот такой концерт.

– У «ДДТ» есть смелые музыкальные эксперименты, например альбом «Мир № 0»...

– (перебивает) Да, мы очень любим экспериментировать. Вот и сейчас мы работаем над новой рок-программой, она еще в процессе разработки, так что ничем особо похвастать не могу. Однако это экспериментальная работа, мы ищем новые идеи, подходы, новые звуковые решения. Что касается стиля – сложно сказать, но думаю, что для «ДДТ» это будет нечто новое. Я вообще считаю, что если вот судьба твоя такая – песни петь, то это должно быть прежде всего тебе интересно. Ты должен быть эгоистом в самом лучшем значении этого слова. Всегда надо себя тащить за волосы из этого болота жизни, из того стиля, в котором работаешь, и радоваться своим изменениям. Положить на это жизнь... хорошо!

– Вы известны как актер. Снялись в очень серьезных, непростых работах: «Духов день» Сергея Сельянова (1992) и «Вовочка» Игоря Мозжухина. Совсем недавно вы еще участвовали в одном проекте. Каком?

– Я много сейчас работаю в кино. Последний фильм с моим участием снял Григорий Григорьевич Никулин – «Антонина обернулась». Немного печальный фильм о доле русской женщины (автор сценария – Варапаев, «Эйфория»). Это питерская школа кинематографа с серьезными, глубокими идеями и сложными вопросами и решениями. Фильм, так сказать, не для всех, вернее, это не блокбастЕр (делает ударение на букве Е), и для акул шоу-бизнеса непонятен... как все самое чистое, светлое, примитива сейчас очень много, а настоящего кино для души, для духа очень мало.

– А вы считаете, что работа должна быть непременно с душой?

– А зачем время и жизнь тратить на фигню? И так, может, немного осталось, кто знает – Всевышний? Но все равно не хочется просто жить и жить, как репетировать. Нельзя засиживаться в проточной канаве, даже если там тепло и комфортно. Надо воевать, стремиться и идти.

– В энциклопедии русского рока написано: «Юрий Шевчук – родоначальник, отец-основатель русского рока...».

– (смеётся) ...ну бред собачий. Полно сучья, которое только и поет дифирамбы. Разводят гадючник, кому куда очередную премию всунуть. По мне, так звезда – это когда лучи мешают входить в метро...

– А что вы думаете о современных музыкантах, русской эстраде? За кем будущее рока?

– Ну я не в эстраде. Не мой формат и отношусь к ней о-о-о-очень спокойно. А что касается рок-музыки, она стала неформатной для центральных телеканалов и радиостанций. Я имею в виду рок-музыку как музыку бунта, протеста. Всегда она была именно такой, слова в песнях которой изучают мир, ищут новые мироощущения, говорят о недовольствах системой, сложившимися стереотипами, восприятиями и т.д. Рок все-таки для меня – это нечто гражданское, философское. А сейчас просто повальная эпидемия попсы, в свете чего у многих так называемых рок-групп тематика песен ну откровенно эстрадная: «Она меня любит. Я ее нет. И все мы хотим друг друга трахнуть». Я вот всегда говорю, что рок-музыка ставит вопрос не «спать или не спать», а «быть или не быть»; она ближе к Гамлету и далека от Кисы Воробьянинова. Вот Эллочек-Людоедок на сцене сейчас очень много, как сказал Троицкий, «хорошо с кличками восточно-европейских овчарок». Да и вообще очень много полиэтилена, пластмассы. Живой песни, которая бы трогала душу, очень мало. А это все – хрень, мозги только забиваются.

– А какие-то молодые рок-коллективы вам нравятся?

– В Питере сейчас больше тысячи рок-групп. В каждом городе сотни полторы есть точно очень талантливых команд. Но они не идут в эфир, и им очень тяжело.

Именно из-за них рок будет жить всегда. Называть никого конкретно не буду, чтобы не обидеть 998 коллективов. Но талантов много! Только выживает все это в гаражах, подвалах, на самодельных репетиционных базах. Как и мы в далекие брежневские времена. Вот сейчас новый Брежнев умер. Помнить его мы будем долго, но о мертвых либо хорошо, либо ничего, поэтому я промолчу.

– Вы недавно участвовали в юбилейном концерте группы «Пикник» в Питере. Лидер группы Эдмунд Шклярский всегда отзывается о вас с неким мистическим почтением. Для вас это дружба или профессиональная этика?

– Это не этика, это взаимное уважение и дружба. Наверное, неблизкая, потому что мы сейчас каждый на своей тропе. Шклярский – человек, который никогда не изменял своему слову, стилю и мировоззрению. А сейчас это очень важно для художников, когда все меняется: сегодня одно, завтра другое, сегодня он нормальный мужик – завтра педик (скажем мягко). А вот люди, которые никогда себе не врут и меняются в своем художественном творчестве, мне всегда нравились. Считаю это важным в оценке человека и его творчества.

 

 

– А кто и что повлияло на ваше творчество?

– Очень многое повлияло. Знаете, рок – это такое странное произведение искусства. С одной стороны, это русская поэзия и авторская песня. Это Блок, Есенин; Окуджава, Галич, Высоцкий, Вертинский (вот Гребенщиков его обожает), а я Высоцкого и Окуджаву больше люблю. С другой стороны, русский рок – это Beatles, Rolling Stones, John Lennon, Bob Dilan. Это и джазовая музыка, импровизации. Русский рок, как и русский балет, вместил в себя всю европейскую культуру, пропустив ее через русские традиции и духовные ценности. И вот получилось такое. Я считаю, что это неплохо. И хоть многие и ругают русский рок, но это уже история искусств. И русский рок конца прошлого века также, наверное, будут изучать лучшие его фрагменты в лице Башлачева, Гребенщикова, Цоя и многих других бытописателей страны. Это уже наша история, достойная изучения.

– Интересуетесь ли политикой, ситуацией в Украине?

– Интересуюсь всем. В Украине сейчас, конечно, печальные события происходят, рвут на части страну. Гадко от этого и душа болит. Да и в России много печального, но и хорошего тоже везде много. Люди – это вообще хорошо! И общение с людьми – очень важно, греет. Я уверен, что все будет хорошо, ведь хороших людей больше, чем плохих.

– Какие у вас еще увлечения? На что хватает времени, кроме музыки? В детстве вы увлекались живописью. Не участвуете ли в оформлении альбомов?

– Так я ж профессиональный художник по образованию, но в оформлении не участвую. У каждого свое дело, свой путь. Знаете, вот каким бы видом искусства ни занимался – законы везде одни и те же. Цвет – звук, тембр, композиция – это сама мелодия, сама композиция песни, ее гамма, ее густота. Поэзия – это, прежде всего музыка, на хорошие стихи и писать ничего не нужно, они – сама музыка. Все взаимосвязано, главное – это почувствовать. И я благодарен худграфу, где я учился, который дал мне эту методику, инструментарий, научил видеть, чувствовать, благодаря чему и дальше развивался. Я сейчас постоянно интересуюсь творческой жизнью в мире, хожу на выставки. Вот в Питере три художника есть, и все на букву Ш: Шелкарев (Митьки), Шемякин и Шевчук (смеется). Шутка! А мы вот втроем недавно выставлялись. В январе делали живой художественный open-air – мы на площади большие полотна разрисовывали для детей. Это был аукцион, и собрали мы несколько миллионов рублей для детских домов. Кстати, мою работу на аукционе продали даже дороже, чем Шемякина. О как! Гордость. Что-то около полумиллиона рублей. Так что можно и картины писать!!!!!!!!!!!!!

– «ДДТ» – 25 лет. Вам скоро пятьдесят. Что это будет: концерт, Путин, может, что-нибудь вручит?

– Нет. Ничего не будет. Я лягу на дно, уеду куда-нибудь, найду какой-нибудь милый куст и напьюсь под ним втихаря. А потом, если вернусь, опять концерты, опять жизнь и выживание.

– Спасибо вам за беседу. Что Севастополю пожелаете?

– Духа! Без духа мы – никто. Севастополь – город славный и любимый, и люди здесь хорошие. Так что держитесь, а мы – с вами. Скоро приедем с уже новой рок-программой!

 

Дарья Веркеева

 

Опубликовано в журнале "Promotion Time" №2 (18) 2007

 


Default Theme
Layout
Body
Background Colorddd
Text color
Top
Background Color
Text color
Bottom
Bottom Background Image
Background Color
Text color